Друзья не уходят. Друзья остаются!

Я знаю Илюху со школы. Стали друзьями мы с ним в трудовом лагере после восьмого класса. Мы с Илюхой жили в одной комнате, в которой кроме нас обитало еще 6 одношкольников. До восьмого класса мы учились в параллельных классах. Подружились мы с Илюхой на почве пробежек. По вечерам мы пробегали по нескольку километров.

Потом мы поступили в общий 9 класс. Он у нас был с медико-биологическим уклоном. Нас подготавливали к поступлению в 3-ий медицинский – «Стомат». Замечательная была у нас классная руководительница. Она учила нас химии. Мы с Илюхой сидели за одной партой и все время хохмили. Так мы и просмеялись всю химию и в результате толком ее к окончанию школы не знали. Наверное, из-за этого, и не поступили в первый год в институты. Мне казалось, что наша химичка нас не любила из-за того, что мы все время смеялись и мешали ей проводить занятия, но как-то, когда мы уже заканчивали школу, она сказала, что ко мне с Илюхой  очень хорошо относилась. А об Илье она всегда была очень высокого мнения.

С Илюхой всегда происходили замечательные и смешные истории. Как-то раз мы пришли на день рождения к нашей однокласснице Кате Разумовской. Катя была в короткой кожаной юбочке и сидела во главе стола, а Илюха рядом. Он считался ее молодым человеком и по этой причине ему доверили открывать бутылку шампанского. Возможно, это была первая бутылка шампанского, которую он открывал в своей жизни. Нам было всего по 15 лет. То ли погода была достаточно теплой, то ли шампанское, по-незнанию, забыли остудить. Когда пробка неожиданно вылетела и вино поперло со страшной силой, Илюха, чтоб не залить скатерть, зажал ее большим пальцем, но напор был силен и он как из сифона стал поливать собравшихся за торжественной трапезой. Быстро сориентировавшись, что поливать гостей не надо, Илюха сунул бутылку под стол и направил ее на именинницу. Как сейчас помню изумленное Катино лицо от холодного душа и лужицу шампанского на ее короткой кожаной юбке.

Живя рядом на ул. Новослободской, мы часто по  вечерам прогуливались в центр до Пушкинской площади или дальше до Кремля. По пути знакомились с девчонками. Как правило, наши знакомства заканчивались только тем, что мы провожали подружек до их домов, брали у них номера телефонов, а потом, как правило, не перезванивали. Почему-то они всегда жили очень далеко от центра, и слишком уж долго от них было добираться до дому.

Наш излюбленный маршрут проходил через пиццерию на улице Горького недалеко от памятника Юрию Долгорукому. Тогда в только открывшейся итальянской пиццерии было окошко, через которое мы покупали, прямо на улице  по четвертинке пиццы и стакану пепси-колы и шли, радостно поедая это, к памятнику.

Как раз именно там мы и знакомились. Самое сложное было начать разговор, и мы  всегда начинали разговор по- очереди то Илья, то я, постоянно стараясь передать друг другу возможность сделать «первый шаг». Один раз мы там познакомились с американками, которые учились в Москве. Как-то мы умудрялись с ними разговаривать, практически не зная английского языка после школы. Меня тогда поразило, что Дороти любила кататься по своему родному городу Сиэтлу на машине. Такая молодая девчонка и уже ездит на собственной машине! Тогда в конце восьмидесятых мы и не мечтали о собственных машинах.

В другой раз, заприметив симпатичную девичью фигурку на другой стороне улицы, решили с ней познакомиться. Помню, шла она очень быстро, и мы смогли ее догнать только через квартал. Почти поравнявшись, еще тяжело дыша, мы заговорили с ней. Когда она обернулась, мы увидели лицо сорокалетней женщины. Нас как ветром сдуло. Потом этот случай мы еще не раз вспоминали.

На Патриарших прудах мы познакомились с девушкой, которая не умела разговаривать. Все что она могла произнести это было только «Да» или «Нет», причем «Нет» она говорила чаще. С ней мы  из интереса встречались еще пару раз, но новых слов  так и не услышали.

Иногда мы отправлялись в центр на колесах. Илюха был на велике, а я на скейте. Добравшись до самого начала улицы Горького мы решили махнуться транспортом. Это было рядом с Главпочтамтом, только по  другой стороне улицы, там достаточно крутой и длинный  спуск, и Илюха решил по нему прокатиться на скейте. Я ехал рядом на велосипеде и все время ему говорил, чтобы он ехал прямо и не вилял. А он ехал, разгоняясь все быстрее и быстрее, и не удержав равновесия  стал вилять, а потом полетел сам в одну сторону, а скейт в другую. Прохожие только и успели разбежаться. Он приземлился на бок на джинсы и пропахал ими по асфальту метра два. Джинсы моментом протерлись до одной большой дыры, не предохранив при этом  ногу. А он вместо того, чтобы «охать» вскочил и побежал спасать скейт, вылетевший на середину улицы Горького, от тронувшихся со светофора машин.

Как он доехал до дома на велике, представляю себе с трудом, но крутил педали он только одной ногой.

Потом мы стали студентами. Он поступил на биофак «Педа», а я на факультет почвоведения в МГУ. Это было замечательное время. Мы стали взрослыми и упивались заслуженной свободой.

В качестве награды за наше поступление мы решили поехать на юг в Абхазию, в Пицунду в университетский лагерь «Солнечный». Он был расположен в третьем ущелье, совсем дикое место, но каждый вечер отличная дискотека.

В ущелье, по которому протекала  маленькая речушка, квартировалось три студенческих лагеря: МГУ- шный, Института нефти и газа и, кажется, Института стали и сплавов.

Мы поехали туда достаточно большой компанией. Происходило это все в 91 году в канун развала Советского Союза, но нам было абсолютно все равно, что происходило со страной. У нас была полная уверенность в «завтрашнем дне» на ближайшие 5 лет учебы. Денег было немеряно -  по 300 рублей на месяц. Жили мы в палатках на горе. Вся гора и пляж под ней были усеяны палатками. Люди туда приезжали из года в год. Некоторые умудрялись делать балконы на отвесной скале из прутьев и земли и устанавливали там свои палатки. Ловили рыбу и крабов в море, пили мацони по утрам, и домашнее вино по вечерам из трехлитровых банок, слушая песни у костра.

Был там один журналист, который мог петь три вечера подряд до поздней ночи все разные песни, делая перерывы лишь для того, чтобы перестали болеть мозоли на пальцах, натертые струнами гитары.

Помню, как-то сбежали мы от нашей компании, разрезали арбуз, сели на берегу и спокойно беседуя, смотрели в голубую даль, где море сливается с небесами!

В одном фильме с названием «Достучаться до небес» был такой диалог:

– А ты видел, когда- нибудь море?

– Нет!

– Так что же ты будешь делать, когда отправишься на небеса? Там ведь только и говорят что о море!

Мы, безусловно, были счастливы!

Увидев, как люди легко катаются на винд-серфингах мы и сами решили покататься. Подошли к серфингисту и попросили два серфинга на час. А он спрашивает: ” а вы умеете? Мы отвечаем -  нет, чего там сложного? – Ну тогда я вам рекомендую взять один и по пол часа. И рассказал, как им управлять.

Сначала пошел Илья кататься. После того, как он подошел к покачивающемуся на воде парусу, в течении получаса было незабываемое шоу. Не только я, но и весь пляж потешался над парнем, который как заводной залезал на доску, поднимал парус и тут же слетал в воду, то накрытый только что поднятым парусом, то улетая в след за ним, чуть наклоненным легким бризом. Через полчаса изможденный непосильным трудом он, еле волоча ноги, выполз на берег.

Навстречу ему шел я показать мастер- класс катания на доске. Я был уверен, что легко доплыву до буйков и обратно. Как только я залез на доску, то начал крутиться вокруг нее как обезьянка. Сложно сказать, где я находился больше на доске или под ней.

Наше шоу запомнилось всему пляжу, даже самые занятые своим загаром девчонки и ребята, оторвались от своих книжек и, ухахатываясь, наблюдали за двумя мальчишками, учившимися  катанию на винд-серфинге. Когда я, после безуспешного получаса борьбы, абсолютно изможденный выходил на берег, то похоже напоминал питекантропа, опустившего руки ниже колен. Илюха, приободренный моими «успехами», так же не мог сдержать улыбку и уже активно обсуждал мои па и кульбиты с двумя девчонками. Потом одна из них пригласила нас на день рождения.

Студенческий день рождения! Это что-то особое! За длинным столом, составленным из квадратных столовских столов, сидело около 30-40 человек. Стол ломился от разнообразия напитков -  цинандали и ркацители, «Южная ночь» и «Черные глаза», красное домашнее в трехлитровых банках, водки просто море, а из закусок большой тазик салата из помидоров, огурцов и зелени и несколько арбузов и дынь.

Илюхе понравилась его новая знакомая и он попросил взять на себя ее парня. Как не помочь другу? Парню я стал наливать водку, как и себе, вызвав его негласно на соревнование, а сидевшему рядом Илюхе наливал вина. Тосты полетели быстро как пули. Помню после одиннадцатого тоста, я понял, что парень сломался и перешел на вино. «Черные глаза»  мне показались просто соком без градуса.

Потом мы с Илюхой вышли из-за стола и пошли домой. Когда мы шли по пляжу, то стало наблюдаться странное явление, никогда ни до, ни после этого дня не повторявшееся. Я шел, и вдруг пляж, со всей галькой лежащей на нем, стремительно начинал лететь прямо мне в лицо и сильно при встрече ударял. Я спросил Илью, и у него были аналогичные ощущения. Какие-то сердобольные ребята, сидевшие недалеко у костра, подошли к нам и предложили помочь нам дойти до наших палаток, но мы, гордо отказавшись, тут же встретились с прилетевшей плотно уложенной галькой.

Кое-как мы вскарабкались на нашу гору и, постоянно спотыкаясь, подошли к нашему костру. Никто нам  не поверил, все думали, что мы неумело имитируем наше состояние. Потом Илья вспомнил, что он же договорился с этой девушкой о встрече. И отправился обратно. Я не мог друга оставить одного и пошел с ним. Когда мы дошли обратно до студенческого лагеря, то ворота в него уже были закрыты.

В тот вечер еще много удивительного происходило с нами. Оставшись на берегу дожидаться Илью, прилег и стал смотреть на падавшие с неба звезды.

А он потом рассказывал, что подошел к высокому забору лагеря, взялся за него руками и стал размышлять, как же через него перелезть? А потом, не заметив усилий и времени на его преодоление, ощутил себя уже за ним.

За время после нашей поездки много удивительного случилось. Илья женился на Насте и скоро у них появился Кирилл. Помню, как он сказал мне, что собрался жениться. Это было на скамейке возле его дома на Новослободской.

– Ну, ничего, не переживай, мы все равно будем часто видеться, как и раньше.

Встречаться мы стали реже, иногда не виделись по полгода, а может и больше, но встретившись всегда очень радовались встрече и разговор начинался легко и непринужденно, как будто мы только вчера расстались.

Мы всегда находили о чем поговорить. С ним я мог быть абсолютно откровенным, как с самим собой. Он никогда не осуждал, наоборот всегда давал дельные советы. Уверен, что он дал мне несколько толчков, которые изменили мою жизнь к лучшему. Как-то мы встретились, чтобы поехать на стрельбы по тарелочкам. И он удивился: “Как и у тебя до сих пор нет машины. Тебе обязательно надо водить машину! Хочешь, я тебе отдам свою старенькую «копейку»?”

Через год после того разговора я уже рассекал на собственной. После окончания «Универа» я поступил в аспирантуру в «Пед». Пришел в гости к Илье с Настей и у них на кухне рассказывал о поступлении и еще о своем путешествии на о. Гаити. Илья сказал: «Знаешь, Андрюха, я был о тебе лучшего мнения, я думаю, ты вполне можешь поступить в аспирантуру в МГУ». И я снова нашел в себе силы и через год поступил в аспирантуру в МГУ. Могу сказать больше – еще не все, что он советовал мне, я успел осуществить.

У Илюшки всегда было обостренное чувство справедливости. Как-то еще в школьные годы, мы вечером возвращались домой и, переходя через дорогу, встретились с несколькими парнями. Они были старше нас, и их было то ли четверо, то ли шестеро. Как-то они нас задели и обхамили, а сдачи мы им дать не могли. Я сказал ему, да ладно забудь. А он нет. Помню, как у Илюхи сжимались кулаки и надувались ноздри. Он сказал, был бы здесь мой отец, он бы их всех раскидал. Илья много рассказывал историй про своего отца Леонида, который не только не мирился с несправедливостью, но и всегда наказывал негодяев.

Потом он еще разрабатывал пистолет-шприц с раствором перца. Не уверен, что он его сделал, но как он должен был быть устроен, Илюха мне в подробностях рассказывал.

Илюха всегда любил заниматься спортом и меня вытаскивал покататься на лыжах в Ромашково.

Занимался у-шу. И меня привел в секцию. Обучал нас замечательный сэн сей Олег Артемович. Проходив на тренировки полгода или год и вынеся из них много интересного, в том числе увлечение восточной культурой, я перестал на них ходить. А Илюха продолжал.

Как-то раз мы зашли в магазин «Путь к себе»  на Белорусской. В нем все ходят расслабленные, умиротворенные, выбирая себе что-либо для души или кому-нибудь в подарок. И мы пребывали в том же состоянии духа. И туда вошел какой-то наверно наркоман со своей подругой, пребывавший в агрессивном настроении.

И наверно желая показать ей, как он крут, расталкивал посетителей. Налетев на Илью, он еще и что-то буркнул неприличное, на что Илья его попросил извиниться. Вместо извинения мы услышали какие-то проклятья в наш адрес. Илья вышел из магазина и стал дожидаться «крутого», не желая учинять разборку в таком приятном месте. Когда тот вышел, Илья снова попросил его извиниться. На что в ответ полилось еще больше грязи. «Крутой» не успел и глазом моргнуть, как из его расквашенного носа потекла кровь.

Потом мы шли с Ильей и обсуждали, не слишком ли тяжелое наказание понес обидчик. Но если бы он задел только Илью, то Илья наверное отошел бы в сторону, понимая свою силу, но обидчик мешал и хамил всем, просто другие не были в силах его остановить. И Илья это сделал не столько за себя, сколько за окружавших нас людей.

Я всегда говорил и сейчас мысленно повторяю, что счастлив, что у меня есть такой друг.

Он всегда добивался поставленной цели. Он заботился о состоянии своего организма и постепенно он создал “храм” внутри себя. Когда мы с ним встречались, от него веяло спокойствием, уверенностью, силой! Не смотря на вроде бы обычное телосложение, безусловно, более крепкое чем у большинства людей, в последнее время, он мне казался намного большим, чем  то, что вмещает в себе тело.

У меня для него было два определения: Илья Муромец, такой большой, добрый и сильный защитник всех маленьких и слабых, защитник справедливости, защитник Родины. И второе  -  Джин из лампы.

Джин потому, что во-первых он казался огромным, далеко выходящим за пределы собственного тела, во-вторых потому, что казалось, что он может сделать все, что для него нет ничего невозможного, начиная от покорения горных вершин и вплоть до самого простого, но так порой нужного всем. Он может просто все уладить, или наладить.

Как то раз, Илья привел на мой день рожденья красивую девушку, которую звали Надя. Она всем понравилась. Мужики сидевшие за праздничным столом так и стали виться вокруг красавицы. Спустя некоторое время Илья с Надей поженились. Такой необычной свадьбы я еще не видал. Я всю жизнь мечтал быть у Илюхи свидетелем на свадьбе. Он не позвал меня в свидетели на свою первую свадьбу. Я потом долго думал – почему? И только спустя время я понял.  И вот, наконец, он меня позвал в свидетели. До этого, он побывал свидетелем на моем бракосочетании.

Я несся к ним на сломанной машине с включенными аварийными огнями по МКАДу. Прибежал к ним в костюме, а Илюха в джинсах и майке, а Надя в джинсовом сарафане. Так они и пошли в ЗАГС. Свидетельница с мужем тоже приехали приличными. Пришли в ЗАГС, который так же поражал воображение. На первом этаже выбиты окна, обвалившаяся штукатурка, кучи мусора, вокруг здания жалкие следы забора. Поднялись на второй этаж, нам велели отдать документы и ждать.

И тут выяснилось, что Надя -  то у нас глубокая, если не сказать древняя старушка. По паспорту год ее рождения был 1070. С такой древностью Илью не хотели регистрировать. Пришлось вмешаться, исправлять ошибку. Потом мы во дворе очень весело распили бутылку шампанского, выстреливая пробкой, не боясь разбить окон, поскольку их там не было.

Надя с Ильей хотели все провернуть по скромному, поскольку не роспись в ЗАГСе для них было главное, а венчание в Церкви, но мы им не позволили скомкать праздник. Сначала заказали столик в еще не открывшемся ресторане, объяснив уникальность события менеджеру ресторана, который был черным мексиканцем. Потом, отвезя мою машину в автосервис и отпросив свидетельницу из сумасшедшего дома, где она работала, вернулись в ресторан.

На свадьбе мы ничего не пили, поскольку были за рулями, но получили в подарок от заведения бутылку шампанского. Довольные мы приехали в дом к свидетельнице и ее мужу для просмотра «Властелина колец» в Гоблинском переводе.

Рассказ об этом дне, наверное не вызывает ничего кроме сумбурного удивления, но признаться, нам было очень весело и даже можно сказать мы упивались тем, что все шло совсем не по правилам.

Через некоторое время у Ильи и Нади состоялось настоящее Венчание в церкви. Я находился за полторы тысячи километров от Москвы. К великому своему сожалению я не успел на Венчание Ильи и Нади. В этой же церкви спустя некоторое время я стал крестным отцом Лизы – дочки Ильи. Сам он тогда не присутствовал на крещении, поскольку был в очередной командировке в Чечне. Я переживал, что не успел на Венчание, поскольку собирался быть его свидетелем.

Когда я вернулся, Илюха сказал мне, что знает, как исправить эту ситуацию и загадочно подмигнул. Я до сих пор мучаюсь разгадкой того, что он имел ввиду, но уверен, что он знал, как исправить ситуацию. Уверен, мы обязательно встретимся с Илюхой, просто надо подождать немного, подождать один только миг, между прошлым и будущим. Друзья не уходят. Друзья остаются!

Памяти друга Ильи Мареева.

P.S. Вчера был сороковой день. Все встретились на кладбище, отец Иоанн отслужил панихиду. Я спросил отца Иоанна, как помогают наши молитвы Илье Там. Он сказал, что очень помогают, особенно в первые 40 дней после смерти и особенно от близких, от жены, родителей детей и, конечно, от всех нас. Но не надо забывать молиться и подавать записочки за упокой в дальнейшем.

Связь между нами существует и не стоит ее обрывать по нашей воле. После кладбища мы поминали Илью у него на службе и у родителей. Там я и спросил разрешения у родственников опубликовать эти воспоминания в Интернете.

А сегодня ночью Илья мне приснился.  Мы с ним как всегда ходили в баню и как всегда беседовали. Он был такой, как и всегда. Наверно я и не вспомнил бы этого сна, если бы во время пробуждения мы бы еще раз случайно не встретились. Наши машины были припаркованы недалеко друг от друга, в каком-то недавно выстроенном микрорайоне, и мы почти одновременно садились по машинам. Илья был с кем-то, этого человека я раньше не видел. Он открыл форточку своей не новой иномарки, и я просунулся в нее. На прощанье мы обнялись и похлопали друг друга по плечам. Все, как и раньше, только во сне.

Андрей Стеценко.

В Мой Мир

0

Tweet